"Папанинцы" во льдах не подведут

Традиционно в конце лета из Североморска выходит в Арктику отряд боевых кораблей и судов обеспечения Северного флота. В этом году состоится юбилейный 15-й поход по маршруту Севморпути Его уже можно назвать уникальным только по одной причине: впервые в состав ОБК включена боевая единица, специально предназначенная для высоких широт, – боевой ледокол.

Патрульный корабль ледового класса "Иван Папанин" почти год находится в боевом составе Военно-морского флота России и уже неоднократно демонстрировал свои мореходные качества. Об этих качествах и других возможностях боевого ледокола его командир капитан 2 ранга Кирилл Ткаченко поведал нашей газете накануне дальнего похода.

― Кирилл Станиславович, основной театр действий вашего корабля находится в Арктике — регионе с суровым климатом, при этом имеющим огромное экономическое значение. Расскажите подробнее о том, какие задачи и какими средствами вы решаете?

― Основное предназначение "Ивана Папанина" ― это патрулирование районов экономической деятельности Российской Федерации в Арктической зоне и контроль судоходства. Для этого на борту размещен широкий спектр технических средств и вооружения. Есть вертолетная площадка, на которой предусмотрена возможность не только посадки и взлета, но и базирования вертолета. Побортно располагаются два катера, один из которых на воздушной подушке. Есть возможность размещения различных вариантов беспилотных летательных аппаратов. Установлено артиллерийское и зенитно-ракетное вооружение. Есть современные радиотехнические комплексы, навигационные станции и многое другое, что позволяет вести мониторинг надводной обстановки в арктической морской зоне.

― Вы обладаете большим опытом службы на боевых кораблях. Как бы вы обозначили главное отличие "Ивана Папанина" -―корабля ледового класса -―от обычного?
― Даже просто посмотрев со стороны можно заметить, насколько он отличается от стоящих рядом кораблей. Корпус усилен специальным ледовым поясом, который обеспечивает защиту и имеет форму, позволяющую проламывать себе путь.

"Ивану Папанину" присвоен высокий арктический класс ARC7. Это значит, что он может действовать в однолетних льдах сплоченностью до 10 баллов и с толщиной до 1,7 метра. Главная энергетическая установка тоже отличается как от установленной на противолодочных кораблях, построенных десятки лет назад, так и от силовых установок новых фрегатов, отметил Кирилл Ткаченко.

― На нашем корабле ГЭУ дизель-электрическая, то есть линию вала приводят в движение гребные электродвигатели. Это позволяет резко изменять скорость оборотов и даже сторону вращение винта при прохождении ледового поля. Можно провести аналогию с мясорубкой, в которую попала кость. Только мы перемалываем попавший в винты лед. При этом лопасти могут работать на очень больших оборотах, а при освобождении ото льда так же быстро обеспечить обычных ход. Энергию для электродвигателей вырабатывают классические дизель-генераторы.

― На "чистой воде" курс в назначенную точку обычно прямой, либо по установленной стороне фарватера. А как прокладывается маршрут при преодолении ледового поля?

― Это комплексная задача с несколькими слоями контроля. Мы ведем непрерывную визуальную разведку прямо с мостика, плюс опираемся на данные навигационных и радиолокационных станций. Если сплоченность льда 10 баллов, то выбираем по характеру чистоты ровного поля, его однородности и гладкости. Желательно избегать трещин, торосов (нагромождений льда), разломов и других неровностей. У торосистости льда тоже есть своя балльность от одного до пяти, где 5 баллов – это 100% покрытия. Толщина льда при этом в три-четыре-пять раз больше, чем на ровном поле. Поэтому в 10-балльном льду корабль маневрирует визуально, а для оценки мощности ледяного слоя изучаются долгосрочные прогнозы, спутниковые снимки и лоции.

― Сталкивались ли вы с предельными толщинами льда, заявленными для корабля вашего класса?
― Да. Мы проходили полный курс государственных испытаний в районе Земли Франца-Иосифа. Там была разная толщина льда: 0,7 метра, 1 и 1,3 метра. Это нельзя смоделировать ни в одном бассейне.

По словам нашего собеседника, испытания проводились при поддержке Института Арктики и Антарктики в Санкт-Петербурге, который выбирал время года и район по спутниковым данным.

― А что если впереди более толстый лед, чем паспортные 1,7 метра?
― Наш класс ARC7 способен и с ним справиться. При этом путь пробивается "набегами" ― гасим скорость, отходим, разгоняемся, наваливаемся и проламываем себе путь. Этот маневр применяется даже в обычном метровом слое, когда нет задачи обеспечить непрерывный ход корабля.

― Смотря на застывший снежный покров прямо по курсу, вы воспринимаете эту преграду как противника или как родную стихию?
― Лед очень коварен, поэтому все-таки как противника. Вообще, моря Северного морского пути нельзя назвать простыми. Даже, например, Карское море проявляет свой суровый нрав. Усилился ветер, поменялось течение, начался дрейф ледяных масс и следом сжатие корпуса – у нас такое случалось. В результате мы двое суток были без хода и с креном. Пришлось ждать окончания дрейфа льда и его разряжения.

― Но корабль готов к этим условиям?
― Да-да, конечно. Ситуация, можно сказать, предусмотренная конструкторами. В это время экипаж тоже без дела не сидит. Кроме повседневных задач, производятся тренировки по борьбе за живучесть, моделируются различные аварийные ситуации, в том числе отрабатываются специфические для нашего проекта способы борьбы за живучесть – это усиление корпуса в точках давления льда.

― Торжественный подъем военно-морского флага и включение в боевой состав ВМФ прошли почти год назад. Как корабль показал себя за этот период? Как вы оцениваете его надежность и обитаемость?
― Скажу с гордостью, что времени мы зря не теряли, больше 180 суток экипаж провел в море, и каждый смог составить объективное мнение о корабле. Во-первых, по быту и обитаемости можно поставить твердую оценку "отлично". По техническому состоянию тоже особых нареканий нет, но с оговоркой, что у некоторых агрегатов и узлов еще идет апробация.

Специалисты боевых частей постоянно совершенствуют свою ремонтную подготовку и набирает опыт эксплуатации. Проблем по техническому состоянию, влияющему на качество выполнения поставленных задач – нет, подчеркнул Кирилл Ткаченко.

― Вы первый командир самого первого экипажа этого корабля и наверняка причастны к формированию новых "папанинских" традиций. О каких из них можете рассказать?
― Конечно, главная традиция, ― это празднование даты поднятия военно-морского флага, у нас это 5 сентября. Первый день корабля мы по плану и, можно сказать, по традиции проведем в море.

Есть еще один ритуал, который можно назвать уникальным на боевых кораблях Военно-морского флота, – это посвящение в моряки-полярники. Он производится в арктической морской зоне в период активного ледообразования. Ритуал схож с посвящением в моряки-надводники, но в плафон с морской водой, которую посвящаемый должен выпить, добавляется морской лед. Впервые его провели в декабре 2025 года. А если ледяное поле подходящее, и есть возможность, проводятся соревнования по футболу на льду. При этом важно выставить непрерывное наблюдение, ведь белые медведи представляют реальную угрозу.

― Еще замечено: чем меньше корабль задерживается в базе, тем важнее роль женсоветов – представительниц экипажа на берегу. Я считаю их работу важной и нужной. По возможности мы приглашаем жен вместе с детьми в кают-компанию и за чаем обсуждаем насущные вопросы. Коки обязательно по такому случаю готовят вкусную выпечку, ― отметил собеседник.

― Расскажите подробнее о "папанинцах". Конкурс на новый корабль, наверное, был особый? По каким критериям проходил отбор?
― Арктические широты — это зона повышенного стресса, и поэтому при формировании экипажа ключевым критерием была стрессоустойчивость. Представьте, помимо стесненных условий корабля и нагрузки при несении вахт и дежурств добавляются постоянные вибрации и удары по корпусу корабля, так, что все трясется и спать невозможно. Такое случается при преодолении ледяного покрова. А специалист должен не только сохранять хладнокровие, но и продолжать эффективно выполнять свои задачи. Поэтому при отборе обязательно учитывались морально-волевые качества и самое главное – желание осваивать новую технику.

― Обучение каждого специалиста – это трудная задача, а каково это при приеме корабля готовить к освоению новой техники одновременно целый экипаж?
― Изучение материальной части происходило совместно с промышленностью. И за каждым прибором, и каждой деталью здесь закреплено какое-то предприятие. Специалисты завода-производителя с готовностью делились опытом и знаниями, помогали разобраться с документацией и оперативно разъясняли возникающие вопросы. Мы практически два года – от момента заселения до подъема военно-морского флага – изучали корабль, каждый его болтик, винтик и заклепку. На сегодня, учитывая, что большая часть "папанинцев" служат в экипаже с момента его формирования, можно сказать, что мы подготовлены наилучшим образом.

― А кого бы вы отметили в экипаже? Чьей компетенции доверяете больше всего?
― Все молодцы, конечно. Но если назвать лучших, то это командир БЧ-5 капитан 3 ранга Александр П., который изучил этот корабль, как говорится, "от киля до клотика". Командир радиотехнической боевой части капитан 3 ранга Виктор М. и техник радиоразведки мичман Евгения С. Нельзя не сказать про боцмана — мичмана Александра К. Он ревностно следит за порядком на верхней палубе, да и на всем корабле и действительно душой прикипел к нему.

― На Северном флоте практически за каждым кораблем закреплены шефы – администрации городов и регионов. Налажены ли у вас подобные связи?
― Для начала скажу, что мы сами являемся шефами для воспитанников 7 "г" класса мурманского филиала Нахимовского училища и постоянно с ними взаимодействуем. Они частые гости на корабле, и папанинцы тоже регулярно наведываются к ним. Ведем беседы о специфике службы, изготавливаем, совместно, информационные уголки о русском севере и рассказываем, кто такой Иван Папанин и какую роль он сыграл в освоении Арктики.

В июне 2025 годы был заключен договор о шефских связях с администрацией Наро-Фоминского городского округа. Они всячески радеют за североморцев и стараются участвовать в жизни и быте экипажа.

― В завершении хочу задать, возможно, неожиданный вопрос из области метафизики. Если бы корабль умел слышать, что бы вы ему сказали?
― Я вообще постоянно с ним разговариваю. Это внутренний диалог командира со своим кораблем. Он носит имя великого полярника — дважды Героя Советского Союза Ивана Папанина, сделавшего много для развития Северного морского пути и для изучения Арктики. И мне кажется, у нас есть особая связь. Когда упираемся в лед, я говорю: "Давай, отойдем, разгонимся, проломим, решим любую задачу".

― А что бы Вы хотели услышать в ответ?
― Я не подведу.

― Спасибо за беседу.