Лед, растущий вниз, и каналы, которые смерзаются на глазах

По данным арктического и антарктического научно-исследовательского института, этой весной в северо-восточной части Карского моря преобладает однолетний средний лед, в юго-западной – тонкий. Увеличилась площадь стабильного речного льда, так называемого припая, в Обской губе и Енисейском заливе. Продолжаем совместный проект Госкорпорации "Росатом", "Атомфлота" и ГТРК "Мурман".

"Снежура, шуга, склянка, нилас, припай. Что объединяет эти термины? Слово "лед". В природе минимум 16 видов льда. Их можно сравнить с типами грунта. В одном грунте не забуксует даже малолитражка, в другом — завязнет по уши и самый мощный внедорожник", — рассказывает корреспондент Владимир Костров.

А еще лед бывает молодым или старым. Если детализировать, хватит на небольшую энциклопедию. Сразу оговоримся, для такого ледокола, как "Урал" непреодолимых льдов почти нет. Вопрос решается сочетанием мощности и способа прохождения конкретного сложного участка, который в девяти из 10 случаев атомоход преодолеет, как по маслу, но в одиночку. Когда за тобой судно, будь то на буксире вплотную или на определенной дистанции при проводке методом лидирования, приходится думать о себе во вторую очередь. Сейчас мы идем в русле Енисея. Здесь типичный речной лед припай. Неподвижный и скрепленный с берегом.

"Особенность работы колоссальная. Отличается очень сильно от дрейфующего плавучего льда. Приходится прокладывать каналы. Идем по каналам, как по дорогам. В какой-то момент происходит старение каналов, мы начинаем прокладывать новые каналы", — объяснил третий помощник капитана Универсального атомного ледокола "Урал" Никита Чугунов.

Проложить новый канал подчас проще, чем обновить старый. Ведь однажды смерзшийся, а потом снова застывший речной лед, подобен вспаханной целинной борозде, в которой комья земли намертво смерзлись вследствие ударившего не ко времени мороза. Бывает и так, что из-за интенсивного судоходства края канала прорастают вниз, образуя подобие желоба. Это приходится учитывать в маневрах: резкий сдвиг в сторону будет как наезд колесом на скрытый под снегом высокий бордюр.

Не с первого раза поддается и многослойный лед. Он ведет себя, словно ортопедическая подушка, пытается менять свою форму, а не структуру. Дрейфующие льды тоже живут по своим законам. Их владения — арктические моря. Мы сейчас находимся на границе реки и Енисейского залива. Отчетливо ощущается дыхание Карского моря. 

"Если лед дрейфует, он перемещается в пространстве, льдины давят друг на друга, стачиваются, могут расходиться, какие-то трещины формироваться, разводья, если температура очень низкая, то в разводьях, в трещинах могут формироваться новые льды, эти новые льды смораживаются со старыми, появляются сморози, которые тоже достаточно тяжелы в проходимости", — отметил третий помощник капитана Универсального атомного ледокола "Урал" Никита Чугунов.

Процессы в дрейфующих льдах напоминают земную геологию: разломы, столкновения тектонических плит. Языки, наползающих друг на друга слоев. Завораживает, пока вся эта красота не становится помехой.

И вот однажды утро начинается серией "ударов" по гряде торосов, перегородивших путь. Ее оценили в три балла по пятибалльной шкале. Нагрузка на буксировочные тросы в какой-то момент достигает 45 тонн. Ледокол включает реверс, при этом ведомое судно переходит в режим самого малого хода вперед — так в движении сохраняется баланс. Отходим назад, потом вперед, снова назад, снова вперед. Аккуратно, медленно, но верно отвоевывая метр за метром у торосов, которые еще меньше часа назад казались монументальными.

"Арктика — это своеобразный живой механизм, в котором присутствует лед, который имеет разную площадь, толщину и "торосистость". Получается, что идя шесть часов по льду, который был легко проходим, можно нечаянно найти какую-то торосистую сморозь, которая тебя остановит. Ну, подняли мощность, отошли назад, оттолкнулись, поехали дальше", — рассказал капитан Универсального атомного ледокола "Урал" Виктор Сурядов.

В этом и состоит главная задача: максимально безопасно, с оптимальной коммерческой скоростью довести буксируемое судно к месту назначения, в рабочем порядке решая вопросы с торосами, смерзшимися каналами, решая другие задачи, которых в арктических рабочих рейсах хоть отбавляй. Конечно, ледоколы проекта 22220 могут справится и с многолетним льдом толщиной до трех метров. Но, как шутят в экипаже "Урала", искать такой специально, пожалуй, не стоит.